Немного об организационных моментах

Предыдущая32333435363738394041424344454647Следующая

Следует сразу оговорить, что день прогулки Гарри / казни / Грандиозного Финала выбирается отнюдь не с бухты-барахты, а тщательно и продуманно - благо Дамблдор пока вполне способен влиять на решения Фаджа.

С казнью тянут - и, скорее всего, тянет именно Дамблдор (а кто еще?) - с середины февраля до шестого июня. Три с половиной месяца. Срок немалый. Наконец Хагрид присылает весточку, что все решено.

"- Апелляция по делу Клювокрыла назначена на шестое.
- Это день, когда заканчиваются экзамены, - Гермиона не отрывалась от поисков учебника арифмантики.
- Они приедут и будут разбирать дело здесь, - продолжал читать записку Гарри. - Кто-то из министерства и... и палач".

Нам (и Гарри) не просто дают понять, что все решено заранее (ясен барабан, решено, политики везде такие, куда до них простым манипуляторам, да и что такое гиппогриф по сравнению с мировой революцией?..) - нет, Роулинг специально обращает наше (уже без Гарри) внимание на то, что шестое июня есть "последний день экзаменов".

На сей раз знания проверяют всерьез. С преподавателями в школе все путем, экзамены не только не отменят, но особенно о них позаботятся. Даже больше, чем в ФК. Вероятно, Дамблдор с Фаджем разговор составляет именно в этом духе: неплохо бы дать детям успешно завершить год, и только потом Директор позволит, так и быть, нанести неокрепшей детской психике большую травму убийством птички.

И хотя степень влияния Дамблдора на Фаджа тоже имеет какие-то границы, в данном случае Директор своего добивается. В принципе, оно и не удивительно. Какая Фаджу разница, в какой именно день отрубят голову гиппогрифу? Почему бы не доставить удовольствие Дамблдору и не согласиться с предложенной им датой?

С другой стороны, как понятно и ежу, даты экзаменов в школе назначаются при конкретном участии Директора. Великому человеку совсем не трудно сделать так, чтобы последний экзамен пришелся на шестое июня.

А также, собственно, ничего не стоит перенести последний экзамен на какой-нибудь другой день.

И вот если задаться вопросом о том, КАКОЙ именно день выбирает днем Х Директор, выяснится нечто чрезвычайно неожиданное. Во всяком случае, мы, когда наконец поняли (а это случилось не сразу), очень удивились, и многие моменты Финала в нашем понимании приобрели совершенно неожиданный смысл.

Шестое июня приходится на полнолуние.

Мог ли Директор, определяя время финала, забыть о лунном календаре? Он, такой внимательный к мелочам? Ой, вряд ли. Что ж, тогда напрашивается закономерный вывод: Дамблдор не просто выбирает дату, он специально назначает Финал на день, когда Люпин будет по самые мохнатые уши занят собственным оборотничеством и никоим образом не сможет участвовать в разборках.



Вот так.

Но если Люпин в финале таки ж участвует, значит, есть фактор, который не учел Директор.

И если участие Люпина в финале обеспечила Карта Мародеров, значит, Директор о ней не знает.

То есть Снейп Дамблдору о Карте не сказал.

А если Снейп не доложил о чем-то любимому начальнику, то он что-то очень, очень важное получил за это нарушение правил…

Мы, кажется, обещали объяснить, почему считаем, что Люпин со Снейпом договорились, и почему Директор не знает о Карте? Ну так вот оно, все завязано одно с другим, и данную логическую цепочку читателям нетрудно будет проследить самостоятельно (см. часть 13 нашего не в меру затянувшегося труда).

Итак, Люпин на разборки не приглашен. Злопамятный Снейп с его неизменным слетанием с катушек, когда дело касается Мародеров, в Хижине тем более лишний. Участниками Финала должны стать, согласно Грандиозному Плану Директора, Сириус (его оправдают), Петтигрю (его уличат и передадут живым в руки правосудия, дабы Сириуса могли оправдать на полную катушку) и, само собой, Гарри (который оправдает, уличит, передаст, - но сначала, конечно, во всем разберется).

К встрече может быть также допущена команда Гарри - потому что она не перехватит у Главного Героя инициативу. А Люпин со Снейпом потенциально способны еще как перехватить.

Что мы и увидим на деле… но о грустном чуть позже.

Местом встречи выбирается Визжащая Хижина, уголок укромный, хорошо поддающийся визуальному контролю Директора (см. проговорку Дамблдора в финальном разговоре с Гарри в ОФ), а также имеющий бдительного, мы бы даже сказали - Дракучего, швейцара на входе.

Не будем забывать и о такой важной фигуре, как Фадж. Это, между прочим, дополнительное удобство назначения дня Х на день казни: можно естественно и ненавязчиво залучить в Хогвартс министра магии. Что сильно поспособствует срочному решению вопроса о пересмотре дела "Магическое сообщество против Сириуса Блэка". В принципе ведь Корнелиус мог и не приезжать или отбыть сразу после казни. Но "Комитет по уничтожению опасных созданий требует, чтобы при казни взбесившегося гиппогрифа присутствовал независимый свидетель. Поскольку мне так и так нужно было в Хогвартс, проверить, какова ситуация с Блэком, меня попросили выступить в этом качестве". А Директор, видимо, пригласил министра после неприятных переживаний отдохнуть ночку в Хогвартсе.

Ну да, а заодно Фадж, видимо, рассчитывает на угощение с камерной музыкой. Будет ему и угощение, и музыка…

Мог ли думать Директор в начале года, что Грандиозный Финал приобретет именно такие формы?

А впрочем, думал ли Снейп, что будет в означенное время дружить с Люпином? Или Люпин - что станет участвовать в БИ? И вряд ли Сириус предполагал, что пребывание его в околохогвартсовском пространстве затянется так надолго. Уж не говоря о том, что он будет проводить время в обществе пусть очень умного, но все-таки кота.

Совсем, совсем иные планы были у Петтигрю, а также Гарри с его командой. И даже дементоры, думается нам, никак не рассчитывали, что целый год пробудут на положении спецназа в горячей точке, вместо того чтобы в глубоком тылу, забыв о соблюдении строгого устава караульной службы, мирно посасывать эмоции узников в спокойном, домашнем Азкабане…

Собственно, куда ни кинь взор - везде наблюдаются очень и очень неожиданные повороты в жизни каждого индивидуума, хотя бы косвенно причастного к БИ.

О, эта непредсказуемость третьего года. Казалось бы, вот уже он, Счастливый Конец… но нас ждет еще немало сюрпризов.

Ну что, приступим?

Шестое июня третьего года обучения Гарри Поттера в школе Хогвартс.

У означенного Гарри в этот день два экзамена - по защите от темных сил и прорицаниям. Оба небезынтересны.

Между прочим, для Люпина не очень удобно, что ему на день полнолуния назначили прием экзамена. Надо полагать, он чувствует себя нехорошо и не слишком уверенно. Невзирая на зелье, которым добросовестный Снейп снабжает Ремуса уже неделю. Но раз Финал требует, Директор ставит во главу угла не заботу о сотруднике, а интересы БИ. В общем, утром Люпин с профессиональной выдержкой проводит свой творческий и красиво организованный тест-контроль.

К концу экзамена приезжают Фадж и Ко, которых дети встречают по дороге с вольного воздуха в каменные стены школы. Как-бы-апелляция назначена на два часа дня, но все уже заранее решено, это понятно не только из контекста, но даже по причитаниям старичка из комиссии (сильно напоминающим нам соответствующие причитания одного из героев знаменитого блокбастера "Смертельное оружие").

Народ расходится в разные стороны. Гарри и Рон идут сдавать прорицания, Гермиона - маггловедение, Фадж, его соратники и Хагрид (возможно, и Дамблдор) - на комедию с апелляцией. Куда идет Люпин, не совсем понятно: то ли сразу к себе, то ли еще один экзамен принимает, а может, опять же на апелляцию (фактов нет). Но в любом случае он, как только освобождается от своих преподавательских обязанностей, закрывается в своем кабинете вдвоем со своей маленькой пушистой проблемой - а также дабы глядеть в Карту. Где Снейп и Макгонагалл, мы не знаем. Впрочем, понятно, чем обычно в последний день экзаменов занимается профессура. БИ, конечно, их главная обязанность, но есть еще кое-какие мелочи.

Ситуация в башне Трелони содержит несколько любопытных и странных моментов. Например, почему Гарри идет последним? Да, они с Роном подгребли в конец живой очереди, но ведь идут детки не по очереди и даже не совсем по алфавиту, хотя, возможно, какой-то алфавитный порядок соблюдается: Лонгботтом - Патил - Уизли (Лаванда Браун несколько выбивается, но она, похоже, просто подружку ждет).

В общем, почему-то Гарри вызывают последним. Возможно, Трелони так попросили? Чтобы Гарри вернулся в башню и сразу получил письмецо от Хагрида…

Второй любопытный пункт - нельзя не отметить, что обычные пугалки типа "готовься к немедленной и неминуемой смерти" на сей раз в речах Трелони блистательно отсутствуют. Так бы и ушел Гарри без единого предсказания в свой адрес. Ну да, на печальный исход дела гиппогрифа Сибилла не может не намекнуть (значит, профессура столько об этом говорит, что даже до провидицы дошло…), но в остальном для нее как-то слабовато. То ли опять же Дамблдор вежливо попросил ребенка лишний раз не пугать…

В-третьих, имеет место неожиданное и очень точное совпадение того, что Гарри якобы Видит в шаре, и предстоящего финала событий. У гиппогрифа есть голова, никаких крови и плачущего Хагрида (это ж сколько Хагрид рыдал, что достал уже и Трелони?), и вообще гиппогриф "выглядит вполне здоровым, он... улетает". Вот, пожалуйста, вполне приличное предсказание без всяких подсказок извне. И еще более странно, что сразу же за этим следует уже совершенно серьезное и правильное пророчество Сибиллы.

Как нам кажется, это никоим образом не случайность. Мы уже много доказывали, что мир Роулинг разумно сложен и блестяще логичен, а теперь добавим, что она, Роулинг, совершенно сознательно (и отнюдь не по безграмотности и невнимательности) вносит в него, мир, не меньшую долю иронии, хаоса, интуиции и предвидения, чем таковые присутствуют в реальной жизни…

И, наконец, мы не можем не отметить, что Дамблдор, похоже, знает о пророчестве Трелони до того, как Гарри ему об этом сообщает. Не то чтобы это говорилось напрямую, но намек довольно ясный.

"Дамблдор выглядел слегка [sic!] впечатленным.
- Знаешь, Гарри, я думаю, что это вполне вероятно, - задумчиво произнес он. - Кто бы мог подумать? Теперь количество сделанных ею настоящих предсказаний равняется двум. Надо повысить ей зарплату..."

Рассказала сама Трелони? По типу "Какой ужас, какой абсурд, Поттер утверждает, что я сказала ТАКОЕ!". Или на экзамене кто-то незримо присутствовал? Ну, допустим, какой-нибудь портрет. Чтобы Сибилла не приняла ввиду нервного напряжения лишку на грудь, а также с целью проконтролировать правильность выставления ею оценок?

Но, как бы то ни было, все это лишь прелюдия. Для Гарри начало Финала наступает по возвращении с экзамена: когда он читает писульку Хагрида.


2838704553109000.html
2838751866937734.html
    PR.RU™